Как сибиряк-тракторист стал героем-артиллеристом

Эта улица, бегущая через пятый микрорайон в третий – одна из самых узнаваемых у нас в городе. Любимое место прогулок, куда тюменцы приезжают семьями. Здесь совсем рядом живописный пруд, где летом ломтиком раскрошенного хлеба можно подманить утиную компанию, а зимой весело скатиться с берега на санках или «ватрушке». Тут же недалеко знаменитый Green House – жилой комплекс, похожий даже не на замок, а на целый средневековый город. И уютный берёзовый сквер, небольшой, но до мелочей продуманный. А ещё – сквер Журналистов, бульвар Чукмалдина… Словом, в погожий день можно обойти все окрестные достопримечательности, причём обязательно, нет-нет, да и вернёшься на улицу, с которой мы начали рассказ. На улицу, которая носит имя нашего земляка, Героя Советского Союза Николая Григорьевича Фёдорова.

Текст: Виктория Ермакова. Фото: открытые источники

Листаю популярный некогда сборник Средне-Уральского книжного издательства «Герои земли Тюменской» — похожие зелёные книжечки были, наверное, у всех моих одноклассников. Нахожу материал про человека, о котором мы будем говорить сегодня – уроженца Ишимского района, фронтовика, артиллериста. Интересно, что книга вышла в 1975 году, ещё при жизни Николая Григорьевича. В ней – подробный рассказ о его воинском пути, о подвиге и заслуженной награде. А вот о детстве сведений очень мало: родился в деревне Сорочкиной в 1918 году, окончил семилетку, работал в колхозе…

Хотя, если постараться, в других источниках можно найти более подробное описание его детских лет. Крестьянская семья, в которой Коля появился на свет, была большая, дружная. Но в 1930 году в разгар коллективизации её выселили из старого, ещё дедом построенного дома. Что в этом случае делать голодающим, оставленным без крыши над головой, детям? Идти по окрестным деревням, просить копеечку или кусочек хлеба – конечно, в издании советского периода подобные эпизоды упоминать было не принято. Впрочем, односельчане Фёдоровых любили и вступились за них перед местными властями. Семья получила разрешение вернуться в родную деревню. Дом ей возвращать не стали, но, по крайней мере, теперь можно было работать в колхозе. Отец Николая ушёл из жизни очень рано. Сам же мальчик, действительно, неплохо учился, окончил курсы механизаторов, был принят трактористом в колхоз «Красноармеец». А потом началась советско-финская война. И в 1939 году он был призван в ряды Красной Армии.

Книга рассказывает о том, как Николай Фёдоров служил в Карелии: — «116-му лёгкому лыжному эскадрону… предстояло действовать на Ребольском направлении. Здесь молодой сибиряк принял первое боевое крещение в схватках с белофиннами. Однажды Фёдоров находился в разведке в глубоком тылу врага. Разрывной пулей был ранен товарищ Николая. Сразу из бойца, легко скользившего на лыжах, он превратился в беспомощного человека. А боевая задача ещё не выполнена. «Бросай меня, Николай!» — сказал раненый Фёдорову. «Сам погибну, а тебя не брошу!» И Николай Фёдоров выполнил боевую задачу: доставил ценные сведения о противнике и вывез на лыжах раненого товарища».

На фронт Великой Отечественной Николай Григорьевич попал, можно сказать, прямо с финской – его путь до Берлина начался 19 июля 1941 года. На Смоленском направлении участвовал в кровопролитных оборонительных боях, в составе своей части сдерживал рвущихся к Москве фашистов. Несколько раз был ранен. После одного из ранений врачи в госпитале выхаживали его несколько месяцев. Едва встав на ноги, получил направление на курсы артиллеристов. Окончил их и поступил во Второе Томское артиллерийское училище. Интересный факт: сегодняшние томичи помнят и чтут Николая Фёдорова как своего героя. А из училища он вышел уже офицером. В действующую армию вернулся в качестве командира батареи.

Яркий эпизод в биографии Николая Григорьевича возвращает нас к событиям лета 1944 года. Артиллерийский дивизион, в составе которого лейтенант Фёдоров командовал взводом 76-миллиметровых пушек, двигался маршем по шоссе Могилёв-Минск. Миновав село Княжицы, солдаты увидели скопление вражеской пехоты, боевых орудий и техники. Встреча была неожиданной – артиллеристы знали, что боевые части наших войск продвинулись далеко на запад. Откуда в тылу взяться фашистам? Лишь позднее стало известно, что перед ними остатки разгромленной 12-й немецкой пехотной дивизии, пытавшейся выйти из окружения и пробиться к своим ещё боеспособным частям. В ответ на прозвучавшую команду: — «К бою!», пушки Фёдорова едва ли ни первыми в дивизионе развернулись и открыли огонь по врагу. Под их прикрытием удалось развернуть и другие орудия. Бой оказался коротким, но ожесточённым. Взвод лейтенанта Фёдорова уничтожил шестнадцать вражеских пушек, восемь бронетранспортёров, пятьдесят автомашин и около сотни гитлеровцев. Многие, видя, что сопротивление бесполезно, предпочли сдаться в плен. В числе убитых оказался командир немецкой дивизии, а её знамя наши солдаты захватили в качестве трофея. За этот бой Николай Фёдоров был награждён орденом Отечественной войны I степени, а сержант Михаил Стяжкин, командир орудия из его взвода, удостоился звания Героя Советского Союза.

Тем временем путь на Запад продолжался. Вот ещё отрывок из книги «Герои земли Тюменской». Он рассказывает о сражении, которое развернулось уже на немецкой земле: — «В районе деревни Хоэнвальде батарея старшего лейтенанта Фёдорова вела бои, удерживая плацдарм за рекой Одер. Небольшие размеры плацдарма ограничивали манёвренность батареи. Противник буквально засыпал артиллеристов пулями, минами, снарядами. Используя опыт боёв за Вислой, Николай Фёдоров и в этой сложной обстановке умело громил врага. Его батарея уничтожила шесть танков, два самоходных орудия, две противотанковые пушки и до роты солдат и офицеров. Огонь батареи Фёдорова помог другим нашим подразделениям переправиться на западный берег».

Но самые напряжённые схватки были ещё впереди. Наши войска продвигались к Берлину, порой встречая сопротивление не на жизнь, а на смерть. Одним из прекрасно укреплённых немецких пунктов оказалась деревня Маркендорф. Взять её с ходу не удалось: противник сумел выйти на контратаку. На позиции Фёдорова и нашу пехоту двинулись танки и самоходки. Николай Григорьевич понимал: приближаются «Пантеры» — весьма опасные противники. В немецких документах они относились к классу «средних» танков, в наших их обычно классифицировали как «тяжёлые». Разработаны они были в ответ на создание советского Т-34 и обычно наступали группами. Обладали мощнейшей лобовой защитой, причём их 75-миллиметровые пушки по бронебойному действию в среднем превосходили даже орудия знаменитого «Тигра». Но и артиллеристы Фёдорова были опытными бойцами. Команда – «Огонь!» Дружный залп. И вот уже два ближайших танка и самоходка объяты огнём. Следующим залпом удалось подбить очередную «Пантеру» и ещё пару самоходок, всего же в этом бою батарея уничтожила девять бронированных фашистских «кошек». Танки горели, немецкая пехота была сметена, огонь вражеских пушек подавлен. Под этим надёжным артиллерийским «зонтом» в бой ринулся стрелковый батальон, которым командовал майор Журавлёв. И не случайно наши солдаты, идущие в атаку, в этот раз кричали: — «Слава «богу войны!» Деревню им удалось взять с небольшими потерями.

Новый тяжёлый бой завязался 25 апреля 1945 года на реке Шпрее у города Биген. Два вражеских дзота и три орудия не давали пехотинцам майора Журавлёва двигаться вперёд. А тем временем на автомашинах к фашистам подходило подкрепление. И снова на помощь поредевшему батальону пришли «боги войны» — артиллеристы. На книжных страницах этот эпизод описан так: — «Старший лейтенант Фёдоров приказал лейтенанту Гудадзе вести огонь по миномётной батарее, командиру орудия сержанту Бохану – по орудиям врага, а командирам орудий сержантам Евстигнееву и Рахматуллину – по дзотам и пехоте. Во время боя Фёдоров появлялся то у одного, то у другого орудия, подбадривая и воодушевляя артиллеристов. И они выиграли единоборство с численно превосходящими силами противника: подавили огонь миномётной батареи, разрушили два дзота, уничтожили двенадцать автомашин и сто пятьдесят гитлеровцев. За огнём батареи Фёдорова с командного пункта наблюдал командующий артиллерией 62 стрелкового корпуса полковник Чернобаев. «Кто командует этой героической батареей?» — спросил он командира полка. «Старший лейтенант Фёдоров». «Я восхищён его боевой работой!» — похвалил Чернобаев. – «Фёдоров заслуживает самой высокой награды!»

Награда не заставила себя ждать: 31 мая 1945 года за образцовое выполнение боевых заданий старшему лейтенанту Николаю Григорьевичу Фёдорову было присвоено звание Героя Советского Союза. Кроме перечисленных регалий, он был награждён также орденами Ленина и Александра Невского, ещё одним орденом Отечественной войны I степени, двумя орденами Красной Звезды, многими медалями, в числе которых любимая солдатами «За отвагу».

В 1948 году Николай Григорьевич окончил высшую офицерскую артиллерийскую школу в Ленинграде. Службу продолжал сперва в Германии, затем в Сибири. После расформирования 95-й Верхнеднепровской Краснознамённой ордена Суворова стрелковой дивизии перешёл в органы местного военного управления – был военкомом в городе Заозёрном Красноярского края. В 1966 году вернулся в Тюмень, возглавил городской военный комиссариат, позднее работал на моторном заводе. На фасаде дома по улице Геологоразведчиков, где он проживал в областном центре, установлена мемориальная доска.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.