И две бы жизни отдала…

Текст: Виктория Ермакова. Фото: открытые источники

Трепетное отношение к её памяти вполне понятно, ведь Мария Никитична Цуканова — единственная женщина, которой было присвоено звание Героя Советского Союза в ходе боёв с японскими милитаристами, поставивших окончательную точку во Второй Мировой войне. И уж, конечно, исторически справедливо, что улица Цукановой есть и в нашем областном центре. Всё‑таки мужественная сибирячка, не дожившая всего нескольких дней до окончательной победы своей советской родины на всех фронтах — уроженка Абатского района Тюменской области.
Если быть совершенно честными, то в 1924 году, когда она только появилась на свет, ни этого района, ни самой нашей области ещё не было и в помине. В метрике девочки местом её рождения записан посёлок Смоленский (Смоленка) Крутинского района Тюкалинского уезда Омской губернии. Отец Маши, сельский учитель, умер, не успев подержать на руках новорождённую дочь, и Ольга Васильевна, её мама, пять лет спустя снова вышла замуж. Второй её брак оказался удачным: партийный работник Николай Васильевич Крахмалев принял ответственность за детей своей супруги, стал им примером и надёжной опорой. В последующем у пары появятся двое общих ребятишек, а, между тем, в 1930 году семья оставит обжитые места и переедет в Красноярский край. Суровая природа Восточной Сибири восхитит маленькую Машу: вместе с отчимом она будет часто уходить в тайгу, научится метко стрелять, станет неплохим следопытом. Бойкая девчушка окажется заводилой в компании своих сверстников. По воспоминаниям её друзей любимой забавой тогдашней детворы была игра в чапаевцев — всем советским мальчишкам и девчонкам в тридцатые годы хотелось стать настоящими героями.
Что касается Марии, она однажды даже отправится в плаванье — на льдине по только что вскрывшейся реке. Закончится оно ровно в тот момент, когда двое взрослых мужчин на лодке, рискуя жизнью, снимут путешественницу с её импровизированного «корабля». Однако, несмотря на смелость и определённое безрассудство, Маша Цуканова росла девочкой доброй и отзывчивой, с удовольствием брала на себя обязанности вожатой, считалась любимицей малышей. И, конечно, мечтала стать учительницей — по окончании неполной средней школы в посёлке Орджоникидзовский собиралась ехать в Абакан, поступать в Хакасское педагогическое училище. К сожалению, этим планам не суждено было сбыться — началась война.
Рвущейся на фронт шестнадцатилетней Марии в военкомате, естественно, дали разворот. В первые военные месяцы она — телефонистка поселкового узла связи, затем, ближе к концу 1941 года, санитарка эвакуированного в Сибирь ростовского госпиталя. Ещё чуть позже вместе со своими подругами она отправится в Иркутск и устроится на машиностроительный (сегодня авиационный) завод, работавший на военные нужды. Там Мария Цуканова — ученица, затем приёмщица и, наконец, контролёр 4‑ого разряда. Трудилась она с полной отдачей, на её рабочем месте неизменно красовался красный вымпел. Здесь же на заводе вступила в комсомольскую организацию. Без отрыва от производства окончила курсы санинструкторов. И всё это время мечтала только об одном: попасть на передовую. К понятному юношескому патриотизму примешивались личные чувства: воевать ушли её отчим и брат. На брата вскоре семья получила похоронку.
Когда в мае 1942 года вышел указ ГКО СССР о призыве в военно-морской флот двадцати пяти тысяч девушек, Мария поняла: это её шанс! Чтобы его не упустить, она, не задумываясь, приписала себе лишний год, и 13 июня была направлена на Тихий океан. «Мамочка, я уезжаю. Я не пишу тебе, зачем еду. Ты ведь знаешь, зачем. Скоро, очень скоро кончится война, и мы опять будем вместе…» — это выдержка из её письма перед отъездом. На месте новой службы Маша сперва, опять же телефонистка, потом дальномерщица в 51‑ом артиллерийском дивизионе Шкотовского сектора береговой обороны. Наконец, в 1944 году, после окончания школы младших медицинских специалистов, она получает распределение санитаркой в 3‑ю роту 355‑го отдельного батальона морской пехоты Тихоокеанского флота.
Возможно, все эти годы девушка боялась, что так и не побывает в настоящем бою. Но ситуация изменилась. 8 августа 1945 года Советский Союз объявил войну Японии. Последующие действия были стремительными: в результате наступательной Манчжурской операции советское командование планировало разгромить японские войска на территории Китая и Северной Кореи. Чтобы лишить японцев возможности отвести боеспособные части в метрополию, был разработан план по захвату целого ряда портов. Батальон, где служила Цуканова, десантировался в корейский порт Сэйсин (нынче Чхонджин), узловой пункт японской обороны в Корее. Надо ли говорить, что японцы, предчувствуя свой крах, дрались не на жизнь, а на смерть. Весь конфликт на Дальнем Востоке длился меньше месяца, но, по сути, это была настоящая беспощадная война, унёсшая немало жизней с обеих сторон. Безвозвратные потери Советской армии составили 12 тысяч человек, японцы потеряли убитыми 84 тысячи бойцов. 600 тысяч японских солдат и офицеров попали в плен.
В своём последнем письме домашним Мария писала: — «Я очень хочу жить…». Но есть там и такие строки: «Если бы у меня было две жизни, я, не задумываясь, отдала бы обе за счастье нашего народа». Известно, что, оказавшись в гуще схватки, она сумела оказать помощь пятидесяти двум раненым бойцам и, несмотря на полученное ранение в плечо, отказалась покинуть поле боя. Когда 15 августа её роте пришлось отступать под натиском рвущихся к порту остатков Квантунской армии, Мария Цуканова с группой своих товарищей осталась прикрывать этот отход. Она отстреливалась, даже получив второе ранение — в ногу. Под её автоматными очередями полегло девять десятков врагов. А потом кровопотеря дала о себя знать: Маша потеряла сознание и в бесчувственном состоянии попала в руки японцев.
16 августа, когда в бой вступили наши новые десантные подразделения, вражеское сопротивление стало ослабевать. В первой половине следующего дня к японским позициям вышел передовой отряд 25‑й армии 1‑ого Дальневосточного фронта. Говорят, что, когда виды видавшие советские моряки, заняв вражеский штаб, увидели тело молоденькой медсестры, они едва удержались, чтобы не перебить захваченных в плен самураев. Расправу предотвратил только авторитет советских командиров. В это можно поверить: девушка была буквально исполосована ножами. Принято считать, что японцы её пытали, требуя выдать сведения о составе советского десанта. Только вот вопрос: чем бы в сложившихся условиях информация, полученная от санитарки, могла им помочь? Скорее уж, озверев от осознания неминуемого поражения, они вымещали на отважной русской девочке свою неистовую и бессильную злобу. Маше выкололи глаза. А в довершение своей мести японский офицер саблей отрубил ей руки. В братскую могилу на сопке Комальсам её положили, завернув в одеяло. Позднее на этом месте был установлен мраморный мемориал с надписью: «Здесь похоронены двадцать пять русских героев, павших смертью храбрых за освобождение Кореи от японских захватчиков».
В результате наступления советско-монгольских войск Квантунская армия была полностью разгромлена. Наши войска заняли Южный Сахалин и Курильские острова. Япония подписала акт о капитуляции. А 14 сентября 1945 года вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР, которым красноармейцу Цукановой Марии Никитичне «за образцовое выполнение заданий командования на фронте борьбы с японскими империалистами и проявленные при этом отвагу и геройство» посмертно присваивалось звание Героя Советского Союза. Также она была награждена Орденом Ленина. В 1959 году приказом министра обороны СССР Мария Цуканова навечно внесена в списки санинструкторов Владивостокского военно-морского госпиталя. Ну, а если вернуться на тюменскую землю, в село Абатское, то там, в родных для Маши местах, можно также найти улицу, которая носит её имя.

 

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.